"Автобиография

Я родился в сентябре 1968 года, в самый разгар чехословацкого кризиса. Все были очень напряжены и потихоньку покупали гречку и соль. 
моя мама рожала впервые. кроме того, она очень нервничала из-за моего отца. Потому что её родные братья, все время говорившие про чистоту башкирской нации были очень недовольны тем, что она вышла замуж за кавказца и этим самым свела на нет миллионы лет эволюции и национальной селекции. самое смешное, их жены были совсем не башкирки
Мой отец человек горячий и на любые провокации давал обидчику в глаз. Тогда они втроем на него накидывались и начинали бить. Двое их братьев были боксеры, разрядники. Но они были городские, а отец всю жизнь рос в предгорьях Азербайджана, на чистом воздухе, козьем молоке и хлебе из тандыра, а мамины братья - на колбасе докторской и белом батоне. поэтому набегавшись и намахавшись кулаками, они быстро уставали, а отец только входил в форму. Когда все уже падали от усталости, им ничего не оставалось как виниться и мириться. 
Братья почему-то прозвали моего отца Алик, он не возражал, для мамы главным было спокойствие и мир, который после конфликта устанавливался на пару месяцев. После очередных "боевых действий" я и родился на пару месяцев раньше положенного срока. Жили мы в полуподвале большого частного дома деда, бывшего бая, раскулаченного при коллективизации.
Через полтора года на свет появилась сестра и родители, устав от скандалов, почему-то решили поехать в Узбекистан. Отец был коммунистом и каким-то образом партия поручила ему руководить промтоварным магазином. Как только отец подписал все необходимые документы о принятии полномочий, в магазин нагрянула ревизия и обнаружили крупную недостачу, порядка тысячи рублей.
В те времена это были деньги, на которые можно было купить черную "Волгу". Суд постановил 2,5 года колонии с выплатой ущерба. В колонии его поставили работать на стройку и через 11 месяцев разрешили жить с семьей в бараке.
Мы жили вместе с уголовниками, их женами и детьми и порядки в поселении были как в колонии. но был один плюс - воровать друг у друга считалось подлым. Однажды сосед-вор не удержался и стянул с подоконника кухни утюг. Вечером подкрался и положил на подоконник другой утюг. Значит, украл, пропил, проспался, понял, что натворил, пошел в город, украл другой и ночью принес и подменил.
но он не учел, что мама все понимала и когда он подкладывал новый утюг, она включила на кухне свет. пока тот извинялся и просил не говорить никому про утюг, она в упор смотрела ему в глаза и не проронила ни слова. Все внутренние проблемы населения поселка решались не органами власти, а на внутреннем совете, в который входили самые авторитетные жители. и если бы история с утюгом всплыла, то вору бы не поздоровилось. 
Через год отца перевели на вольное поселение в поселок Жданов. Мы жили в маленькой квартире двухэтажного блочного дома, а вокруг нашего поселка была бескрайняя степь с высокой травой, которая постоянно раскачивалась как волны океана. я очень любил стоять на балконе и смотреть на степь и это занятие мне не надоедало. По-моему, на степной океан можно смотреть бесконечно. Но степь коварна. Однажды мы с мальчишками бегали по степи и я сгоряча провалился в колодец трубопровода. Посреди большой и глубокой бетонной дыры вертикально торчал полутораметровый штырь с вентилем размером с руль грузовика. Когда я летел головой на этот штырь я так испугался, что, кажется, смог замедлить время и рассчитать каким образом поставить руки, чтобы вовремя оттолкнуться от металлической баранки. Дальше помню, что лежал на мокром от дождевой воды полу, весь в порезах и ссадинах, потому что всюду лежали битые бутылки из-под дешевого портвейна. А еще я боялся, что кто-нибудь из моих друзей тоже упадет в шахту и поэтому я долго кричал, чтобы они смотрели под ноги и не разбегались. меня нашли через час и вытащили, а отец с другими поселенцами до ночи заколачивали досками бетонную дыру в степи.
в поселке Жданов было много греков и корейцев.
это были ссыльные коммунисты, политические беженцы. их приютил братский Советский Союз и поселил жить солнечном Узбекистане. Все население поселка активно ассимилировалось и взаимно скрещивалось. Постоянно что-то праздновали. Хиты сезона были, конечно же, свадьбы. греко-корейские, корейско-узбекские, узбеко-греческие, греко-русские, русско-узбекские и другие. 
Выносили на улицы листы ДСП, ставили на строительные распорки-козлы, накрывали скатертями и начинали петь и плясать. Греки очень хорошие музыканты, веселые и неутомимые, могли играть много часов кряду и не уставали. Корейцы тихо и незаметно носили к столам на больших подносах свои ароматные блюда, узбекские повара колдовали над огромным казаном с пловом, греки всех угощали белыми кубиками сыра и пели веселые песни. И обязательно торжественно пили за компартии СССР, Греции и Северной Кореи, за их партийных лидеров и против НАТО. А моего отца, которого из-за статьи исключили из партии все утешали и говорили, что его обязательно восстановят. Мать качала головой и роняла "Ну-ну". Ей-то было ясно, что партия ее наивного мужа подставила, покрыв воровство предыдущего директора магазина. отец с ней бесконечно спорил. он считал, что светлые идеи коммунизма извратили отдельные подонки. 
Конечно, отца не восстановили в партии. Я закончил первый класс и тут с отца сняли все судимости и долги.
И мы как-то очень резко уехали жить в маленький военный городок летчиков-истребителей на границе Азербайджана и Ирана.
К этому времени у нас уже появилась еще одна сестренка, мы впятером ютились в деревянном ДОСе. ДОС - это Дом Офицерского состава, и в нашем городке не было улиц. Были ДОС №5 или №12. Мать работала официанткой в офицерской столовой, а отец на стройке жилого дома.  И вот мать пришла к начальнику по тылу воинской части, татарину Хаджигали. Это был огромный, веселый и добрый мужик с огромным носом формы баклажана.Он был очень представительным и от него всегда веяло искрящейся энергией. Он мне всегда напоминал лихого майского жука, от которого одно сияние и праздничное настроение. 
Его все любили, уважали, шли за советом и звали Хаджи Хан. Все знали, если  Хаджи Хан что-то пообещает- то это железно! 
Хаджигали нравилась наша семья, а еще я учился в одном классе с его младшей дочерью Эльвирой. Эльвира уселась со мной за одну парту и бессовестно списывала у меня. И хотя ее все время ловили, всем было ясно, что с Эльвиры как с гуся вода. По характеру она была точной копией своего отца - такая же жизнелюбка и уверенная в себе на все 100. фигурой и манерами она была похожа на свою маму - Тетю Зою, самую шебутную и веселую офицерскую жену, а вот лицо и прическа - вылитая певица Земфира в начале своей карьеры. С такой же челкой, упрямыми губами и смелыми глазами.
Конечно же, мы дружили семьями. А еще взрослые решили, что мне надо обязательно жениться на Эльвире. Эльвира была не против, а я упрямо думал - фиг вам, я сам буду решать как мне жить и на ком жениться. Именно поэтому, я однажды ушел из дома с отарой овец. Решил, что буду лучше вольным пастухом, чем подчиняться дурным решениям. Пастухи накормили меня зажаренным голубем и положили спать в телеге. Посреди ночи на стоянку отары ворвался зеленый уазик, оттуда вылез усталый военный комендант и спросил, не видали ли они восьмилетнего пацана. Пастухи взглядом указали на меня, и так меня вернули в семью. Конечно, всыпали, но женить ближайшие лет пять больше не пытались.
Хаджи Хан каким-то образом выхлопотал для нас дом. Раньше это была казарма взвода связистов, потом их куда-то перевели, но в доме была очень важная комната - телефонный коммутатор. Он находился в небольшом бетонном отсеке посреди казармы с метровой толщины стенами и толстой железной дверью. Все в этом коммутаторе работало автоматически и бесшумно, но время от времени появлялись несколько связистов с телефонными трубками, они с трудом открывали дверь, забирались внутрь, перетыкали клеммы и штекера и что-то бубнили в свои черные трубки:
 -бубу-шестнадцатый проверь плечо шесть тринадцать. 
- пятый, не моя пара, бу-бу-бу, теперь все пучком...бу-бу-бу проверяю магистраль...
мы с восторгом слушали эти шпионские пароли и все норовили заглянуть в заветный "коммутатор". нам казалось, что это волшебная комната, в которой наверняка есть секретный подземный ход,ведущий в Москву.

Дом стоял на пустыре между военным городком и заброшенным стадионом, ровно посередине. Все рамы были раскурочены, дверей нет, окна выбиты и весь дом был ужасно загажен.Военком любезно выделил нам какое-то количество стройматериалов, Хаджи Хан подсуетился и добавил из своих складских НЗ цемент, песок. стекло ДСП.
Мы с отцом днем и ночью месили раствор, и таскали с ближайшего болотца воду, отец штукатурил и курил, я таскал воду и ворочал неподъемной лопатой песок с цементом.
через месяц нам подключили воду и канализацию, связисты протянули провода и включили электричество и к новому учебному году мы переехали жить в новый дом. 

Шел 1975 год, во Вьетнаме бушевала война, в школе на занятиях по политинформации мы клеймили американских захватчиков и собирали подписи под требованием, чтобы США вывели войска из братской страны. Я даже на общешкольной линейке вызвался поехать добровольцем в Сайгон, но наш директор отрезал,- Нет,друзья, вы нам здесь больше нужны!

А потом я вырос".

ГАММЫ

1. НАТ - ЭСТАКАДА - УТРО.
Осенняя московская пробка - машины практически не перемещаются. В холодном воздухе слышны гудки, звучит тоскливая сирена скорой помощи, из открытых окон автомобилей доносятся обрывки новостей, музыки, телефонных переговоров пассажиров. Только индустриальные шумы, ни одного звука живой природы, вроде щебета птиц или журчания воды.

2. ИНТ - ТАКСИ - УТРО

На заднем сиденье такси сидит ЕВГЕНИЯ (ок.60), холеная, импозантная женщина в плаще и беретке, она властно говорит по мобильному телефону сквозь маску.
ЕВГЕНИЯ
...Тяни, как можешь! Пока не приехал министр, дай слово Арановичу...Намекни, чтобы заливался соловьем, как министерство нас поддерживает, про перспективы культурного обмена и так далее...
ЖЕНСКИЙ ГОЛОС В ТРУБКЕ
И как министру объяснить ваше отсутствие? Пробки?!
ЕВГЕНИЯ
Да, Лена, чёртовы пробки! Мы его ждём часами...и ничего, улыбаемся! Тьфу ты!..
(она срывает маску с лица и продолжает разговор)
Ничего, извинишься... А там уже я подъеду... Надеюсь...
Женщина обрывает разговор, достает из сумочки зеркальце и помаду и принимается поправлять макияж.

Камера показывает водителя такси ИРИНУ (ок 30) - это молодая женщина в кожаной куртке с трикотажным капюшоном. Она прибавляет громкость музыки по радио и постукивает пальцами по рулю, словно по клавишам пианино. На фаланге указательного - маленькая татуировка летящей птички. Её короткая мальчишечья прическа увенчивается подобием ирокеза, больше привычным панк-музыкантам. Девушка жует жвачку и время от времени надувает небольшой шарик.

ЕВГЕНИЯ
(Завершая красить губы)
Послушайте, какие у нас прогнозы?
ИРИНА
(Взглянув на навигатор, прикрепленный к приборной панели)
Сорок пять минут.
Евгения вздыхает, убирает косметичку и с тоской смотрит в боковое окно. Обращает внимание на постукивание по рулю Ириной.
ЕВГЕНИЯ
У вас пальцы, как у пианиста.
Ирина останавливает постукивание, достает изо рта жвачку и свернув ее в шарик, со вздохом произносит.
ИРИНА
Ненавижу пианистов...
Поток машин в пробке не движется. Ирина раздраженно распахивает дверь, встает рядом и оглядывается.

Наклоняется к баранке, глушит машину и закуривает.

Евгения выходит к ней и тоже закуривает, вопросительно смотрит на Ирину.

ЕВГЕНИЯ
Почему?
ИРИНА
(Хмуро) Похоже, ДТП...
ЕВГЕНИЯ
Нет, почему ненавидите пианистов?
ИРИНА
Серьёзно, хотите это услышать?
ЕВГЕНИЯ
А чего нам терять? Все равно мы тут заперты...
(обводит рукой от края до края эстакады)
Ирина бросает окурок под ноги и нехотя начинает рассказывать.
ИРИНА
Девяносто первый год, перестройка, мои родители прогорели с пекарней в Ижевске и чтобы скрыться от долгов, налоговой и бандитов сбежали в Москву. Мне было десять и я закончила три класса музыкалки по классу фортепиано. К тому времени я уже сочиняла свои пьесы, победила на всех местных конкурсах - в общем, все были уверены, что я обязательно стану великой пианисткой. А мне просто нравилось сочинять музыку.
Музыка из меня лилась... как слезы...

ПЕРВОЕ ВОСПОМИНАНИЕ ИРИНЫ:
3. ИНТ - КОРИДОР МУЗЫКАЛЬНОЙ ШКОЛЫ - ДЕНЬ
Сквозь щель приоткрытой двери десятилетняя ИРОЧКА подглядывает за приемным прослушиванием в кабинете.
ГОЛОС ИРИНЫ (З.К.)
И вот они с гордостью привели меня в одну из лучших музыкальных школ на прослушивание. Директрисса лично отбирала учеников.

4. ИНТ - КАБИНЕТ МУЗЫКАЛЬНОЙ ШКОЛЫ - ДЕНЬ
Роскошный кабинет с роялем, на стенах картины, грамоты. награды и фотографии в рамках.
Директрисса музыкальной школы ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА - это ЕВГЕНИЯ из такси, но моложе на 30 лет. Она принимает вступительный экзамен у мальчика с бабочкой, девятилетнего мажора. Он сидит за роялем и играет пьесу Моцарта. Евгения Николаевна стоит рядом с роялем и одобрительно кивает. За спиной мальчика расположен ряд стульев, на которых сидят родители мальчика: отец - важный номенклатурный работник в сером костюме и мать - высокомерная стерва, увешанная золотыми украшениями.
Мальчик заканчивает играть и поднимает голову.
ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА
(С елейной улыбкой)
Антоша, очень хорошо!
(Родителям)
У вас, безусловно, растет талатливый пианист!

5. ИНТ - КОРИДОР МУЗЫКАЛЬНОЙ ШКОЛЫ

Ирочка отшатывается от двери и садится на стулья между своими родителями. Они одеты просто, опрятно, но очевидно, что достаток у этой семьи невысокий. Мама Ирины держит на коленях сумочку из искусственной кожи, а отец сжимает в руках папку с завязками.
Дверь в кабинет распахивается и посетители-мажоры уходят.
Директрисса окидывает оценивающим взглядом ожидающую троицу и жестом приглашает их в кабинет.
Когда Ирочка направляется к роялю, директрисса молча указывает ей на старенькое фортепиано у окна. Отец Ирочки робко подает папку Евгении Николаевне.

ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА
(С недоумением глядя на папку)
Что это?
ОТЕЦ ИРИНЫ
(с гордостью ) Это ноты музыки, которую пишет наша Ирочка.
Евгения Николаевна, не открывая папку, кладет ее на верхнюю крышку фортепиано и срещивает руки на груди
ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА
Играй!
Ирочка начинает играть свою пьесу, ее родители переглядываются и радостно выпрямляются на своих местах - видно, что они гордятся талантом своей дочери. Но их радость прерывает возмущенный возглас директриссы.
ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА
Стоп-стоп-стоп! Что это такое?
ИРОЧКА
Это моя пьеса...
ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА
Прежде чем я разрешу играть что-то свое, покажи мне, что ты умеешь! А ну, сыграй гаммы!
Ирина, ошарашенная тоном директриссы краснеет и начинает играть. Она играет простые мажорные и минорные гаммы в одной октаве.
ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА
Сто-о-о-п! Это что, гаммы?
ИРОЧКА
Но мы их проходили в первом классе...
ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА
В первом классе, говоришь?
Директрисса направляется к двери, распахивает её и буквально заволакивает в кабинет рыжего мальчика, типичного ботаника. Она подводит испуганного мальчика к Ирочке, сажает его на банкетку рядом с девочкой.
ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА
А ну-ка, покажи как играют гаммы в третьем классе моей музыкальной школы! Ре-мажор!
Мальчик начинает в две руки играть гаммы.
ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА
Теперь ми-минор!
Мальчик свободно перемещается от одной октавы к другой вдоль всей клавиатуры.
ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА
Хроматические гаммы! От фа! Расходящиеся! До-мажор!
Соль-минор! А сейчас этюды! Семнадцатый этюд Черни!
Пока мальчик играет, сидя дядом с ошарашенной Ирочкой, директрисса уничтожает надежды родителей девочки своими словами.
ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА
(родителям Ирочки) Техника игры - слабая!
Низкая скорость! Подвижность пальцев плохая! Вот!
(указывает пальцем на мальчика)
Третий класс! Улавливаете разницу?
Ирочка со слезами в глазах переводит взгляд от надменной директриссы к своим родителям. От их уверенности и гордости за дочь не осталось и следа. На глазах девочки ее родители буквально уменьшаются, словно тают. Они выглядят жалко и потерянно.
ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА
(трясет папкой с нотами Ирочки)
И я даже слушать не буду после этого...

Ирина уже не слышит слов директриссы, они слились со звуками фортепиано в единый гул и пульсацию крови в голове девочки.

Не в силах терпеть эту несправедливость, Ирочка вскакивает, отталкивает мальчика и захлопывает крышку пианино, едва не прищемив юному пианисту пальцы. Грохот крышки пианино, падение мальчика на пол останавливают поток обвинений директриссы - наступает тишина и в этот миг Ирочка зажмуривает глаза и изо всех сил кричит в лицо Евгении Николаевны.

ИРОЧКА
Пошла на ...!
Директрисса застывает в шоке, мальчик сидит на паркете и с восхищением смотрит на девочку, мать Ирочки прикрыла рот рукой, а отец смотрит на дочь, не веря своим глазам.
Ирочка, не разбирая дороги, выскакивает из кабинета и бежит по коридору. Ее родители, пробормотав извинения, бросаются за ней, отец притормаживает у двери, возвращается и вырывает из рук директрисы папку.
Разворачивается и уходит. Евгения Николаевна с потрясенным видом смотрит им вслед.
КОНЕЦ ВОСПОМИНАНИЯ.

6. ИНТ - ТАКСИ - УТРО

Наши дни. Машина наконец-то вырвалась из пробки и едет по проспекту. Евгения, не мигая, смотрит в окно. Затем, очнувшись от наваждения, поворачивает голову к Ирине.

ЕВГЕНИЯ
Что с вами случилось дальше?
ИРИНА
(Взглянув в зеркало заднего обзора)
Ничего особенного. Жила дальше...

ВТОРОЕ ВОСПОМИНАНИЕ ИРИНЫ:

7. НАТ - ПУСТЫРЬ НА ОКРАИНЕ ГОРОДА - ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР
На заросшем бурьяном пустыре стоят ржавеющие останки - каркас автомобиля, деревянный ящик телевизора без кинескопа, ржавые холодильники. Под старым мертвым деревом полыхает пианино.
ГОЛОС ИРИНЫ (З.К.)
А музыку из своей жизни просто удалила.
Перед ним на продавленном и ободранном диване сидит Ирочка и рвет в мелкие клочки свои нотные листы. Из темноты появляется стайка подростков, они рассаживаются на диван, кто-то подтаскивает к огню каркас телевизора.
ГОЛОС ИРИНЫ (З.К.)
Через год я забыла ноты...
Парень рядом с Ирочкой протягивает ей початую бутылку вина, Ирочка берет и делает глоток из горлышка.
ГОЛОС ИРИНЫ (З.К.)
Через пять по глупости попала на малолетку.
Ирочка бездумно смотрит на огонь, который отражается в ее глазах. Она затягивается сигаретой и выпускает густой клуб дыма перед собой.

КОНЕЦ ВОСПОМИНАНИЯ.

8. НАТ - УЛИЦА - ДЕНЬ

Наши дни. Когда дым начинает рассеиваться, в кадре административное здание Московского Дома Музыки. Такси Ирины проезжает через шлагбаум и проехав несколько метров, останавливается около СЛУЖЕБНОГО ВХОДА.

9. ИНТ - ТАКСИ - ДЕНЬ
Ирина выключает мотор и смотрит в зеркало заднего обзора. Евгения кусает губы, смотрит в бок.
ЕВГЕНИЯ
Как вы сейчас живете?
ИРИНА
Нормально. Я не одна, у меня есть дочь, Агата.
ЕВГЕНИЯ
Сколько ей лет?
ИРИНА
Послезавтра будет девять.
ЕВГЕНИЯ
А она не хочет заниматься музыкой?
ИРИНА
(Пожимает плечами) Не знаю. Если захочет, я постараюсь, чтобы ей не попалась такая, как вы.
ЕВГЕНИЯ
(Взглянув в зеркало, видит глаза Ирины)
Ты меня узнала?
ИРИНА
(С усмешкой) Конечно. Я забыла ноты, гаммы, этюды. Но не ваш голос.
ЕВГЕНИЯ
Прости меня...
ИРИНА
(Перебивает)
Не стоит! Я не держу зла...
Раздается сигнал на ее смартфон, механический голос произносит: У ВАС НОВЫЙ ЗАКАЗ!
Ирина заводит машину и оборачивается к Евгении.
ИРИНА
Извините, у меня клиент
.
Евгения кивает, открывает дверь и видит, что из двери служебного входа выглядывает ее помощница ЕЛЕНА (37) - рыжеволосая девушка в брючном костюме.
Евгения выбирается из машины и наклоняется.

ЕВГЕНИЯ
Как тебя зовут?
ИРИНА
Ира. До свидания.
ЕВГЕНИЯ
До свидания. И...

10. НАТ - УЛИЦА - ДЕНЬ
Машина трогается и пассажирская дверь захлопывается. Евгения подходит к служебному входу, Елена придерживает дверь, пока Евгения не входит.

11. ИНТ - ХОЛЛ ДОМА МУЗЫКИ - ДЕНЬ

Евгения и Елена, цокая каблучками, быстро идут к лифтам.

ЕЛЕНА
(Листая листы с графиком мероприятия)
Сейчас глава департамента культуры, после него объявят вас...
Двери лифта открываются, они входят в лифт и Елена нажимает кнопку и продолжает
ЕЛЕНА
Вам отводится семь минут...
ЕВГЕНИЯ
(Перебивает и поднимает ладони в умоляющем жесте)
Лена, подожди! Ведь это ты заказываля мне такси сегодня?
ЕЛЕНА
Да. Женское такси. Что-то не так?

Лифт останавливается и женщины выходят.

12. ИНТ - ХОЛЛ ТРЕТЬЕГО ЭТАЖА - ДЕНЬ

Евгения и Елена идут по коридорам к дверям выхода на сцену.

ЕВГЕНИЯ
Все в порядке. Окажи мне услугу. Мне нужна вся информация на водителя такси. Где, когда родилась, семейное положение, график работы, телефон, домашний адрес. Пожалуйста.
ЕЛЕНА
Хорошо. А можно спросить, зачем?
ЕВГЕНИЯ
Нет.
Женщины подходят к дежурной женщине-администратору с рацией.
АДМИНИСТРАТОР
(В рацию) Евгения Николаевна за сценой.
В рации сквозь шум голос режиссера мероприятия
ГОЛОС РЕЖИССЕРА
Ну, слава богу! Нет сил слушать этого зануду! Кеша, дорогой, закругляй и объявляй Евгению!
ЕВГЕНИЯ
(Повернувшись в Елене)
Её зовут Ирина и у нее есть девятилетняя дочь, Агата.
ЕЛЕНА
Я все сделаю. Ну, вам пора!

Администратор приоткрывает дверь на сцену, из зала доносятся аплодисменты. Евгения делает шаг в зал.

13. ИНТ - ПОДЪЕЗД МНОГОКВАРТИРНОГО ДОМА - УТРО

В дверь квартиры звонят. Дверь распахивается, за ней стоит сонная Ирина в шортах и майке. Она недоуменно смотрит на непрошенных гостей. Двое молодых парня в синих комбинезонах держат большую коробку с надписью YAMAHA - один усатый, другой с бородкой клинышком. Усатый заглядывает в бланк заказа.
УСАТЫЙ
Доброе утро. Спецдоставка. Здесь проживают Сафронова Ирина и...
(заглядывает в бумаги)
...Агата?
ИРИНА
Да. А что за доставка?
УСАТЫЙ
Увидите. Разрешите?

Ирина отходит в сторону и парни заносят коробку в квартиру.

14. ИНТ - КУХНЯ ИРИНЫ - НОЧЬ

Ирина на кухне домывает посуду. На кухонном столе стоит пустая коробка из-под торта, в которой лежит большая оплавленная свеча в виде цифры 9. Ирина окладывает свечку в мойку, а коробку от торта складывает и убирает в пакет для мусора. Протирает стол тряпкой. Вытирает руки полотенцем и идет в комнату по узкому коридору. На пороге комнаты она останавливается и прислоняется к косяку двери.
В комнате у стены стоит элегантное отделанное под бук электропианино с поднятой крышкой. За ним, положив голову в наушниками на руки спит девятилетняя дочь Ирины Агата - копия Ирочки, но с другой прической.

Ирина с улыбкой подходит к Агате, аккуратно снимает наушники и подняв дочь относит ее на кровать. Укладывает ее и выходит из комнаты, но в дверях останавливается.
Медленно поворачивается, затем подходит и садится на стульчик. Тихо нажимает на клавиши, слышет звук из наушника. Оборачивается на спящую дочь, затем надеваяет наушники на голову и медленно ставит кисти обеих рук на клавиши.

КОНЕЦ